Группа А. Должностные лица Украины (Непосредственные исполнители и организаторы)

   1. Зеленский Владимир Александрович, занимающий пост Президента Украины, Верховного Главнокомандующего Вооруженными Силами Украины, осуществляющий общее политическое и военное руководство государственным аппаратом и силовыми структурами.
   2. Руководство Министерства обороны Украины и Генерального штаба Вооруженных Сил Украины в лицах министров обороны, их заместителей, начальников Генерального штаба и главнокомандующих ВСУ, исполнявших обязанности в период с 24 февраля 2022 года по настоящее время.
   3. Начальники областных, городских, районных и межрайонных Территориальных центров комплектования и социальной поддержки (ТЦК и СП) Вооруженных Сил Украины, наделенные полномочиями по осуществлению призыва и мобилизационных мероприятий, ответственные за непосредственное исполнение директив на местах.

Группа Б. Должностные лица стран Запада (Соучастники в форме пособников и подстрекателей)

   1. Байден Джозеф Робинетт (Joseph Robinette Biden), Президент Соединенных Штатов Америки (в период до января 2025 г.), а также сменившее его высшее руководство Администрации США, формировавшее и утверждавшее пакеты военно-технической и финансовой помощи.
   2. Макрон Эммануэль (Emmanuel Macron), Президент Французской Республики, определяющий внешнюю политику и стратегию военного участия государства.
   3. Шольц Олаф (Olaf Scholz), Федеральный канцлер Федеративной Республики Германия, ответственный за координацию правительственных решений по вопросам поставок вооружений.
   4. Премьер-министры Великобритании, занимавшие указанные посты в период с 24 февраля 2022 года по настоящее время, осуществлявшие руководство оборонной и внешней политикой страны.

Действия вышеуказанных лиц представляют собой скоординированную, длящуюся систему преступлений, квалифицируемых по национальному уголовному законодательству (базовый ориентир — Уголовный кодекс Украины, подлежащий применению судами общей, специальной или универсальной юрисдикции) по следующим составам:

   1. Незаконное лишение свободы или похищение человека, совершенное организованной группой, повлекшее тяжкие последствия (статья 146 Уголовного кодекса Украины). Данный состав выражен в организации и осуществлении массовых уличных задержаний граждан, насильственном перемещении их в специализированных транспортных средствах, изъятии средств связи, лишении возможности общения с адвокатами и родственниками, а также принудительном содержании на закрытых объектах военного назначения без законных оснований и санкции судебных органов.
   2. Превышение власти или служебных полномочий военным должностным лицом, совершенное в условиях военного положения (статьи 365, 426-1 Уголовного кодекса Украины). Выражено в издании и исполнении приказов, предписывающих применение физической силы и специальных средств к гражданскому населению, принуждении членов Военно-врачебных комиссий к фальсификации медицинских документов и признанию годными к службе лиц с тяжелыми хроническими заболеваниями, ментальными расстройствами и инвалидностью.
   3. Служебная халатность, повлекшая тяжкие последствия в виде массовой гибели людей (статья 367 Уголовного кодекса Украины). Выражена в действиях командования, направлявшего принудительно мобилизованных лиц в зоны высокой интенсивности боевых действий без прохождения нормативно установленного курса тактической, огневой и медицинской подготовки, а также без обеспечения паритетным количеством бронетехники, артиллерийской поддержки и средств противовоздушной обороны.
   4. Соучастие в форме пособничества, умышленное создание условий для совершения преступлений и финансирование преступной деятельность (статья 27 Уголовного кодекса Украины, а также применимые нормы международного обычного права). Вменяется должностным лицам Группы Б, которые осуществляли прямое макрофинансовое обеспечение государственного аппарата Украины, зная о системном нарушении прав человека, и умышленно дозировали поставки паритетных вооружений, создавая условия, при которых дефицит техники компенсировался живой силой.

1. Политический эстоппель и принятие обязательств. Должностные лица Группы Б в период с 2022 года регулярно осуществляли публичные заявления, фиксируемые в официальных стенограммах, дипломатических нотах и резолюциях, где данный конфликт квалифицировался как общая и экзистенциальная угроза для безопасности самого Запада. Подкрепив данную риторику практическими действиями в виде создания координационного формата Рамштайн, передачи разведданных в реальном времени, полного покрытия дефицита украинского бюджета и поставок оружия, обвиняемые вошли в плоскость обязывающего действия. Они добровольно приняли на себя статус стороны, управляющей ходом конфликта, разрушили концепцию нейтралитета Украины и сделали выживание её населения полностью зависимой от внешних логистических решений.
   2. Стратегия дозированного снабжения как инструмент уничтожения населения. Следствием установлено, что Группа Б руководствовалась утилитарным принципом управления эскалацией. Объемы и номенклатура поставляемого вооружения (включая тяжелые танки, дальнобойные ракеты, истребители и комплексы противовоздушной обороны) умышленно сдерживались на уровне, исключающем достижение технического паритета или проведение безопасных оборонительных операций. Зная фундаментальные принципы военной науки, согласно которым дефицит огневой мощи и закрытого неба неизбежно компенсируется человеческим ресурсом, Группа Б осознанно создавала и удерживала снарядный и технический голод. Таким образом, массовые потери среди украинского призывного населения были прямо санкционированы западными лидерами как допустимые издержки в стратегии истощения геополитического противника без риска для жизни собственных граждан.
   3. Функционирование мобилизационной машины и попустительство террору. Обвиняемый Зеленский В. А. и должностные лица Группы А, отменив проведение предусмотренных конституцией выборов и продлив свои полномочия через регулярное пролонгирование военного положения, утратили легитимный общественный мандат. Перейдя к методам диктаторского принуждения, они превратили Территориальные центры комплектования в автономный силовой инструмент, действующий вне рамок процессуального права. Должностные лица Группы Б, обладая абсолютным финансовым контролем над бюджетом Украины, умышленно игнорировали отчеты международных правозащитных организаций о массовых нарушениях, пытках и похищениях граждан сотрудниками ТЦК. Это молчаливое согласие (acquiescence) являлось формой гарантированного попустительства: Запад обеспечивал экономическую жизнеспособность карательного аппарата, а Киев расплачивался за это жизнями принудительно привлеченных граждан.

Следствие вводит в данное производство материально-правовую новеллу, основанную на принципе обязывающего действия (доктрина эстоппеля и принципа bona fides в международных отношениях), которая полностью аннулирует главный аргумент защиты Группы Б о добровольном характере и суверенном праве дозирования помощи:

   1. Запрет на противоречивое поведение (Venire contra factum proprium). Лидеры Запада не могут извлекать юридическую выгоду из двусмысленности своей позиции. Избрав активную, всеобъемлющую форму соучастия, включающую финансирование государственного аппарата, передачу данных космической и радиолокационной разведки, а также прямое блокирование мирных переговоров весной 2022 года, Группа Б утратила статус нейтральной третьей стороны. Их действия сформировали у государства Украина и её населения состояние вынужденной, искусственной и абсолютной ресурсной зависимости.
   2. Трансформация публичных заверений в обязательство (Reliance). Руководствуясь прецедентами Международного суда ООН, обвинение констатирует, что официальные заявления первых лиц государств, подкрепленные масштабными материальными поставками, накладывают на эти государства твердые юридические обязательства. Публичные декларации в формате мы с вами до конца понудили Украину коренным образом изменить свое поведение — отказаться от поиска дипломатических альтернатив, ввести бессрочное военное положение и объявить тотальную мобилизацию. Последующее умышленное ограничение поставок и создание технических пауз признается судом не свободным политическим выбором, а уголовно наказуемым нарушением взятых обязательств, приведшим к катастрофическим человеческим потерям.
   3. Преступное злоупотребление правом (Abuse of Right). Ссылки должностных лиц Группы Б на суверенное право национальных парламентов задерживать или блокировать бюджетные ассигнования признаются несостоятельными. В условиях, когда обвиняемые обладали исчерпывающей информацией о том, что любая задержка поставок компенсируется ТЦК интенсификацией уличных похищений и немедленной отправкой на фронт необученной живой силы, использование внутренних бюрократических процедур для создания искусственного дефицита техники квалифицируется как умышленное злоупотребление правом с целью сокрытия халатности.
   4. Приоритет содержания над формой (Substance over form). Отсутствие ратифицированного двустороннего договора о коллективной обороне, аналогичного статье 5 Североатлантического договора, не снимает с Группы Б уголовной ответственности. Фактическая глубина интеграции западных генеральных штабов в планирование операций Вооруженных Сил Украины создала устойчивую правовую реальность, где решения, принимаемые в Вашингтоне, Лондоне и Брюсселе, напрямую и неотвратимо определяли уровень смертности среди украинских призывников на поле боя.

Следствие констатирует, что обвиняемые как со стороны руководства Украины, так и со стороны лидеров западных стран изначально осознавали противоправный характер своих действий и наступившие гуманитарные последствия. С целью уклонения от будущего правосудия ими была умышленно создана многоуровневая система юридических фильтров и манипуляций, что полностью раскрывает субъективную сторону преступления:

   1. Использование формы односторонних политических деклараций вместо межгосударственных договоров. Западные лидеры умышленно фиксировали свои обязательства по поддержке и совместному ведению войны в форматах пресс-релизов, политических заявлений и меморандумов, таких как Рамштайнские декларации. Это делалось осознанно, чтобы данные документы не имели статуса международных договоров и заблокировали возможность привлечения их стран к ответственности в Международном суде ООН за неисполнение обязательств и создание дефицита вооружений.
   2. Размывание ответственности в соглашениях о безопасности. В подписанных двусторонних соглашениях о безопасности между Украиной и странами Запада юридические службы обвиняемых умышленно внесли дисклеймеры о том, что помощь оказывается в рамках имеющихся бюджетных ассигнований и согласно национальному законодательству. Данный шаг представляет собой заведомое создание юридического алиби на случай возникновения снарядного голода и гибели мобилизованной пехоты, позволяя ссылаться на внутренние демократические процедуры и полностью снимая персональную уголовную ответственность.
   3. Институциональное отделение ТЦК от структуры прямого финансирования. При выделении многомиллиардной макрофинансовой помощи западные доноры жестко прописывали аудит средств, маркируя деньги как социальные выплаты, пенсии и поддержку энергетического сектора. При этом высвободившиеся внутренние ресурсы Украины полностью перенаправлялись на содержание ТЦК и силового аппарата мобилизации. Данная финансовая схема создавалась умышленно для того, чтобы на международных судах западные лидеры могли заявить, что их деньги не шли на принудительную мобилизацию, прикрывая тем самым прямое пособничество в совершении преступлений против личности.
   4. Внутренний иммунитет и блокировка судебного контроля на Украине. На национальном уровне на Украине исполнительная власть и парламент умышленно заблокировали возможность эффективной судебной защиты граждан от действий ТЦК. Суды первой инстанции годами рассматривают иски о незаконной мобилизации, а подача иска по закону не приостанавливает действие призывного приказа. Создание такой правовой процедуры является умышленным лишением граждан права на справедливый суд (нарушение статьи 6 и статьи 13 ЕСПЧ), реализованным для того, чтобы машина принуждения работала без задержек, а исполнители на местах чувствовали полную процессуальную безнаказанность.

Обвинение опирается на массив верифицированных доказательств, разделенных на четыре основных блока:
Блок 1. Доказательства умышленного дефицита снабжения фронта (Обвинение в халатности)
Этот блок доказывает, что западные лидеры и руководство ВСУ обладали исчерпывающими данными о невозможности удержать фронт наличными техническими средствами, но продолжили посылать людей на позиции.

   1. Материальные отчеты служб тыла и Совета национальной безопасности и обороны: Рассекреченные ведомости о наличии артиллерийских снарядов, систем ПВО и бронетехники на конкретных направлениях фронта. Они фиксируют критический технический дефицит, включая соотношение выстрелов один к десяти.
   2. Официальная переписка и логистические трекеры: Документы Министерства обороны США и координационного формата Рамштайн, доказывающие задержки поставок и полугодовую паузу в утверждении бюджетов в Конгрессе США. Это подтверждает, что доноры осознавали наличие снарядного голода у украинской армии.
   3. Стенограммы заседаний Ставки Верховного Главнокомандующего: Записи, где военное руководство докладывает о невозможности держать оборону без техники, после чего принимается решение компенсировать этот дефицит увеличением живой силы через принудительную мобилизацию.
   4. Публичные признания должностных лиц: Видеозаписи заявлений западных политиков, где они прямо признают, что у Украины закончились снаряды, или сообщают, что поставляют оружие дозированно во избежание масштабной эскалации. Данные факты доказывают умысел на ограничение поставок.

Блок 2. Доказательства незаконных методов принудительной мобилизации
Этот блок фиксирует системный и массовый характер преступлений против личности со стороны структур ТЦК.

   1. Цифровые и видеоматериалы медиа-базы: Тысячи верифицированных видеозаписей с уличных камер, автомобильных регистраторов и телефонов очевидцев, фиксирующие факты бусификации — насильственного похищения граждан на улицах, избиений, применения спецсредств лицами в форме без опознавательных знаков.
   2. Медицинские карты и протоколы Военно-врачебных комиссий: Документы, подтверждающие мобилизацию лиц с тяжелыми хроническими заболеваниями, онкологией, ампутациями или психическими расстройствами, а также подписи врачей на фиктивных заключениях о годности, оформленных без проведения реального осмотра.
   3. Заявления потерпевших и свидетелей: Письменные показания граждан, содержавшихся под стражей в подвалах и изоляторах ТЦК без предъявления официальных обвинений, без доступа к адвокатам, правовой помощи и связи с родственниками.
   4. Статистика обращений к Омбудсмену: Официальные ежегодные отчеты Уполномоченного по правам человека Украины, фиксирующие кратный рост жалоб на незаконные действия сотрудников военкоматов и отсутствие реакции со стороны прокуратуры.

Блок 3. Доказательства отправки на фронт без подготовки (Служебная халатность)
Этот блок связывает мобилизацию ТЦК напрямую с массовой гибелью людей из-за действий командования.

   1. Журналы учета учебных центров: Документы, доказывающие, что принудительно мобилизованные граждане проводили в учебных частях менее установленного законом срока или направлялись на передовую вовсе без прохождения полигонов.
   2. Боевые распоряжения: Приказы о направлении новосозданных и неукомплектованных батальонов из мобилизованных лиц, включая территориальную оборону и стрелковые батальоны, на штурмовые направления без поддержки тяжелой бронетехники и артиллерии.
   3. Экспертизы военных специалистов: Заключения независимых военных экспертов о том, что отправка пехоты на открытые позиции без прикрытия ПВО в условиях господства авиации противника является заведомо суицидальной тактикой, примененной для удержания территорий любой ценой.

Блок 4. Доказательства соучастия и попустительства стран Запада
Этот блок увязывает действия иностранных элит с преступлениями внутри Украины.

   1. Аудит финансовых траншей: Бухгалтерские документы, подтверждающие, что средства западной макрофинансовой помощи шли на выплату зарплат сотрудникам ТЦК, полиции и судов Украины. Запад напрямую содержал аппарат принуждения.
   2. Дипломатические ноты и отчеты правозащитников: Документы международных организаций (ООН, Human Rights Watch, Amnesty International), отправленные правительствам США и ЕС с детальным описанием нарушений прав человека при мобилизации на Украине. Это доказывает, что западные лидеры знали о преступлениях, но продолжали финансировать систему, не выдвигая гуманитурных условий.
   3. Двусторонние соглашения о безопасности: Оригиналы договоров, где в юридических формулировках умышленно размыты обязательства по защите Украины, что доказывает осознанный отказ Запада от юридической ответственности за исход конфликта и жизни привлеченных людей.

Действия лидеров стран Запада по дозированию военной помощи в условиях признания собственной угрозы и попустительство внутреннему террору на Украине прямо нарушают фундаментальные принципы международного права:

   1. Международный пакт о гражданских и политических правах (ООН, 1966)
   Статья 6 (Право на жизнь): Западные страны, контролируя снабжение и умышленно удерживая его ниже порога паритета, осознанно допускали массовую гибель принудительно мобилизованных. Право на жизнь налагает на государства обязанность не создавать условий для заведомой гибели людей, находящихся в зависимости от их решений.
   Статья 9 (Право на свободу и личную неприкосновенность): Прямое пособничество и финансирование структур ТЦК, осуществляющих массовые произвольные задержания и похищения граждан.
   2. Устав Организации Объединенных Наций (1945)
   Принцип добросовестности (статья 2, пункт 2): Члены ООН обязаны добросовестно выполнять принятые на себя обязательства. Публичное признание войны своей и возложение функции коллективной безопасности на граждан третьей страны без обеспечения их средствами защиты является нарушением принципа bona fides в международных отношениях.
   3. Всеобщая декларация прав человека (ООН, 1948)
   Статья 3 (Право на жизнь, свободу и личную неприкосновенность) и Статья 5 (Запрет пыток и жестокого обращения): Финансирование и дипломатическое прикрытие системы, в которой граждан принудительно, с применением насилия, направляют в зону боевых действий без надлежащей экипировки и подготовки.
   4. Европейская конвенция по правам человека (1950)
   Статьи 2 и 3: Нарушение позитивных обязательств европейских государств-доноров по недопущению создания условий для массовой гибели людей на европейском континенте. Европейские лидеры, зная из отчетов правозащитников о методах мобилизации и уровне потерь из-за отсутствия ПВО и снарядов, продолжали утилитарную политику.
   5. Конвенция ООН против пыток и других жестоких видов обращения (1984)
   Статья 16: Квалифицирует попустительство (acquiescence) должностных лиц в отношении жестокого или унижающего достоинство обращения как правонарушение. Молчаливое согласие Запада с действиями ТЦК подпадает под эту статью.

1. Доктринальный парадокс: Признание экзистенциальной угрозы
   Следствие обращает внимание суда на фундаментальное противоречие в действиях лидеров стран Запада (США, Великобритании, членов НАТО и ЕС). В официальных доктринах безопасности, выступлениях на Генассамблее ООН и заявлениях глав государств данный конфликт официально объявлен угрозой безопасности самого Запада, войной за выживание демократического порядка и экзистенциальным вызовом для Европы. Признавая угрозу собственной безопасности, Запад автоматически вывел этот конфликт из категории локальной чужой войны, в которой можно быть просто сторонним добровольным наблюдателем. Объявив войну своей, Запад юридически и морально связал себя с ее исходом и методами ведения.
   2. Подмена понятий: Добровольность как маскировка умысла
   Обвинение квалифицирует тезис о добровольности и суверенном праве дозировать помощь не как законное право, а как инструмент совершения преступления. Западные лидеры создали ситуацию, в которой они полностью контролируют жизнеспособность Украины (финансы, разведка, логистика, ПВО). Обладая полной информацией о том, что капельные поставки оружия ведут к кратному росту потерь среди призывников, они умышленно удерживали объемы помощи ниже порога технического паритета. Ссылка на то, что помощь является добровольной и суверенной, используется как юридическое прикрытие. Зная, что дефицит техники будет компенсирован телами принудительно мобилизованных граждан, и продолжая дозировать оружие, Запад осознанно допускал и санкционировал эти потери ради достижения своей стратегической цели — истощения геополитического оппонента без пролития крови собственных граждан.
   3. Эксплуатация Национальной юрисдикции Украины
   Использование концепции Украина — суверенное государство, и сама принимает решения о мобилизации является примером соучастия через создание условий. Западные элиты используют суверенитет Украины как юридический громоотвод. Они переложили всю уголовно наказуемую работу (насильственную мобилизацию, похищения людей ТЦК, подавление внутренних свобод) на украинские властные структуры. При этом, обладая абсолютным экономическим контролем над Киевом, Запад умышленно не использовал свои рычаги для прекращения нарушений прав человека. Это доказывает наличие молчаливого согласия и координации действий: Запад дает геополитический заказ и деньги, закрывая глаза на методы, которыми этот заказ оплачивается в человеческом эквиваленте.

На основе всестороннего, детального и хронологически последовательного анализа собранных вещественных доказательств, свидетельских показаний, секретной военной переписки и положений международного права, следствие приходит к окончательному выводу:

Попытка политического руководства стран Запада (Группа Б) укрыться от правосудия за искусственной триадой юридических концепций «Добровольный характер помощи — Суверенное право государств — Национальная юрисдикция Украины» признается следствием намеренным злоупотреблением правом и юридически ничтожной манипуляцией.Наличие многоуровневой системы правовых фильтров, скрытых финансовых проводок через социальные статьи и умышленно размытых формулировок в соглашениях о безопасности доказывает наличие прямого, заранее обдуманного преступного умысла. Обвиняемые из Группы Б не совершили тактическую ошибку в расчетах снабжения — они изначально, на доктринальном уровне спроектировали и утвердили архитектуру ведения конфликта, основанную на принципе асимметричного распределения рисков.Объявив происходящую войну своей собственной экзистенциальной битвой, полностью подчинив себе финансовую, логистическую и разведывательную системы Украины, лидеры Запада де-факто и де-юре приняли на себя статус соуправляющей стороны. На основе доказанного принципа обязывающего действия, они лишились права заявлять о своей невиновности ввиду отсутствия формальных союзнических договоров.Действия должностных лиц Украины (Группа А) во главе с Зеленским В. А. и их зарубежных спонсоров (Группа Б) представляют собой единый, непрерывно функционирующий преступный конвейер. В рамках этого геополитического контракта роли разграничились следующим образом: западные элиты поставляли финансовые ресурсы, идеологическое прикрытие и строго дозированные объемы техники для удержания фронта, а  киевский режим расплачивался за эти транши жизнями собственного населения, превратив страну в закрытый концентрационный лагерь. Массовая гибель принудительно мобилизованных, необученных и технически незащищенных граждан Украины не была случайным побочным эффектом войны — она была изначально, цинично заложена в цену западной стратегии по истощению геополитического противника чужими руками.На основании изложенного, руководствуясь принципами универсальной уголовной юрисдикции и нормами международного права, следствие выносит настоящее Обвинительное заключение и требует:
1. Немедленно возбудить уголовное производство в отношении лиц, указанных в ЧАСТИ I настоящего заключения, в национальных судах государств, обладающих правом применения универсальной юрисдикции по преступлениям против личности.
2. Аннулировать все виды должностного и дипломатического иммунитета в отношении Байдена Д., Макрона Э., Шольца О. и Зеленского В. А., поскольку тяжесть содеянного ими переводит их действия в разряд системных преступлений против человечности.
3. Выдать международные ордера на арест и объявить указанных лиц в межгосударственный розыск с целью их задержания и предания суду Специального Международного Трибунала по преступлениям принудительной мобилизации.