«Почему Вы осторожно относитесь к идее коллективных исков против постановлений санитарных врачей? И вообще к судам в нынешней ситуации?»
👨🏻🏫 «Почему Вы осторожно относитесь к идее коллективных исков против постановлений санитарных врачей? И вообще к судам в нынешней ситуации?».
Такой вопрос в комментариях (да и в личном общении с коллегами) звучит сейчас очень часто. Я уже многим обещал постараться об этом написать, когда будет возможность. Исполняю обещанное.
🖌 Я старался кратко, но получился большой текст (хотя и немного упрощенный, впрочем, как почти всегда). Так всегда бывает с важными и серьезными темами.
Я, действительно, несколько скептично отношусь к обращению в суды. Причем не только в нынешней ситуации, а и вообще. В нынешней же ситуации – особенно. Причины я объясняю ниже.
🤷🏻♂️ Начну же вот с чего. Мне вообще непонятно, почему вдруг идея обращения в суды стала такой популярной среди людей. Но вполне понятно, что популярна она, в основном, среди тех, кто знает право и судебную систему только издалека. Иначе и быть не может. Люди, глубоко знающие правовые вопросы, в курсе того, о чем я буду рассказывать.
📺 Кажется, люди смотрели слишком много американских сериалов (я, кстати, люблю юридические сериалы разных стран – но верной картины их правовой системы они вам не дадут!), из которых вынесли впечатление, что суд – это такой способ добиться торжества справедливости. И лучший способ защитить и восстановить справедливость – обратиться в суд.
Это попросту не так. То есть вообще не так. Как обстоит дело в реальности? Если кратко, то так:
✅ В реальности судебные решения вообще почти всегда непредсказуемы.
✅ В судебных спорах граждан с государством место этой непредсказуемости всегда и везде занимает системный крен судов в пользу государства.
✅ Законность и справедливость не всегда совпадают. Кроме того, российским судьям часто не хватает правовой грамотности.
✅ Даже при нормальных судьях и «выигрышном» деле очень легко, сделав что-то неправильно, проиграть суд или потерять возможность успешно оспорить его решение.
✅ Качественное ведение судебного процесса – огромные затраты денег, сил, времени и нервов. Они сильно больше, чем думают люди.
✅ При этом даже при качественном ведении процесса, в случае споров с органами власти, ожидаемый результат будет сомнителен. А при некачественном – уж точно лучше даже не пытаться.
✅ Наконец, плохое судебное решение (в отличие от результатов других действий в общественном и правовом поле) может помешать изменению ситуации в правильную сторону или сделать его вообще нереальным.
Поэтому обращаться в суды можно, но далеко не во всех случаях и ситуациях, и только хорошенько подумав.
Мое личное мнение в нынешней ситуации таково:
📌 Незаконно отстраненным работникам (не из перечня ПП 825) в суд идти осмысленно, если иным путем урегулировать ситуацию не получилось. Шансы есть, хотя успех и не гарантирован (гарантировать его в суде не сможет Вам никто и никогда!).
📌 Оспаривать конкретные пункты нормативных актов региональных властей и санврачей можно, но диапазон таких пунктов, в отношении которых это имеет смысл – очень невелик. Вероятность успеха невелика, плохое судебное решение будет потом играть не в нашу общую пользу, поэтому надо хорошенько все обдумывать, прежде, чем делать такой шаг в каждом конкретном случае.
📌 Практически не имеют смысла и почти лишены шансов на успех судебные иски против масочного режима и куар-кодов. Возможны – против требований отстранять непривитых сотрудников и расширения перечня категорий из календаря прививок по эпидпоказаниям, хотя шансы на успех и не слишком велики. Против требований к работодателям организовать вакцинацию сотрудников и обеспечить определенный уровень охвата прививками – возможны, но успех очень маловероятен.
📌 При этом разного рода эмоционально мотивированные иски «против всего плохого» - пустая трата времени с однозначно вредными последствиями.
Попробую теперь по порядку рассказать обо всем поподробнее.
1️⃣ Основная причина моего скепсиса в отношении обращения в суды: судебное решение почти всегда непредсказуемо.
Причем это так для любых современных судов в любой стране, хотя и по несколько разным причинам (о некоторых из них – пара слов ниже. В судах разных стран это будет немного разная непредсказуемость – в разные стороны.
Есть общие для всех стран причины непредсказуемости судебных решений, есть специфические для конкретных стран – в том числе для России. При этом для разных дел и ситуаций решения будут непредсказуемы в разной степени. Но сама эта непредсказуемость будет всегда.
Пример: В опубликованном в 2011 году исследовании ученые наблюдали за судами над правонарушителями и оценивали, как влияет на решение судьи момент, когда он рассматривает дело. В течение дня у судей было два перерыва на поесть. Процент решений, благоприятных для подсудимых был около 65% в начале работы судьи и падал почти до нуля, когда судьи были голоден и ждал перерыва на еду. И это только один психологический фактор!
В России, кроме того, есть еще один очень важный момент – низкая правовая грамотность судей, особенно в судах первой инстанции (а, как показано ниже, добиваться пересмотра их решений в нашем случае будет очень трудно и вероятность успеха мала).
Вопреки расхожим мнениям, судьи судов первой инстанции довольно редко бывают квалифицированными юристами и хорошо знают закон. И не имеют особого желания изучать его и вникать в него в каждом конкретном деле.
Эту ситуацию эксперты связывают с тем, что судьи в России набираются, в основном, из сотрудников аппарата суда – секретарей, помощников судей. Их квалификация часто оставляет желать лучшего.
📌 Поэтому судов вообще лучше избегать – кроме ситуаций, когда вероятность правильного разрешения дела очень велика, или нет вообще никаких других путей и хоть какая-то вероятность успеха.
2️⃣ Причина моего особого, дополнительного скепсиса в нынешней ситуации: чем больше в деле большой политики и чем ближе одна из сторон к «государству» (например, если ответчик – орган власти), тем более вероятен серьезный сдвиг этой непредсказуемости – в пользу «интересов государства».
При этом я сознательно написал эти слова в кавычках, поскольку в реальности под государством на практике всегда будет пониматься конкретная правящая именно сейчас политическая и властная элита (= чиновники и/или политики у власти), а под интересами государства – ее текущая политика и интересы.
Исключения бывают, когда у судьи есть свои собственные серьезные политические убеждения, влияющие на его решения, как это бывает, к примеру, в США (у нас – едва ли, в силу иных особенностей правовой системы). Но это далеко не всегда оказывается на пользу обществу, кстати. Часто – наоборот.
Кстати, у нас, по некоторым свидетельствам, из судей людей с убеждениями (любыми) вообще старались системно "вычищать". В этом, уж точно, ничего хорошего нет. Судья должен быть убежденным приверженцем права.
👆 Я выше уже говорил о том, что судьи у нас часто недостаточно грамотны, потому что их набирают из числа вспомогательных сотрудников судов. По той же причине у них есть и другая особенность – за годы службы такими вспомогательными сотрудниками они привыкают действовать как исполнители, зависеть от чужих распоряжений, от начальства (судьи, впрочем, тоже от него зависят). У них формируется обычная склонность чиновников – перестраховаться перед начальством, действовать по принципу «как бы чего не вышло».
❓ Как Вы думаете, какое решение с вероятностью примет такой судья с психологией чиновника, не зная глубоко закон, когда ему придется рассматривать дело об оспаривании действий или актов серьезного органа власти? Ответ, думаю, очевиден.
В любом (!) современном государстве судьи зависят, так или иначе, от государственной системы и государственных структур, от государственной элиты. Они являются (в какой-то мере) частью этой элиты и поэтому заинтересованы в стабильности ее власти (это ведь и их власть). Они получают от этой элиты решения о своих зарплатах и привилегиях. От этой элиты, прямо или косвенно, может зависеть их карьера. В общем факторов такого рода очень много, причем даже без всякой противозаконной коррупции.
📌 Так что, в среднестатистической ситуации, суд будет «работать» на сохранение стабильного положения средневзвешенной государственной элиты, существующей ситуации. Исключения, конечно же, бывают – но такой «тренд» всегда имеет место и его надо учитывать, реалистично смотря на вещи.
И это без учета политической самоцензуры судей, угодничества перед властями и тому подобных вещей, которые тоже вполне бывают. Стоит иметь в виду, что механизмы избавления от неугодного судьи вполне себе существуют. Много ли судей, готовых рискнуть карьерой ради чужих прав?
Таким образом, шансов на справедливое разрешение дела больше, когда речь идет о судах между гражданами или между гражданами и частными организациями (например, претензии работника к работодателю). Их гораздо меньше, когда спор идет между гражданами и государством, особенно государственным органом высокого уровня.
🔹 Вот почему в нынешней ситуации я спокойно отношусь к иску работника на работодателя, отстранившего его от работы. Шансы есть (потому что есть закон и судебная практика в пользу работников не из Постановления 825), хотя и не блестящие (потому что есть и политический фактор).
🔹К коллективным искам против актов органов власти я отношусь скептичнее. Они возможны, если иск детально и тщательно подготовлен с учетом конкретных положений конкретного акта (а иначе его могут вообще обоснованно не принять к рассмотрению).
🔹 В нашем случае просто возмущенно оспаривать акты органов власти бессмысленно (см. ниже, про разницу между законностью и справедливостью). Можно оспаривать очень конкретные вещи – например, прямые требования к работодателю об отстранении непривитых работников, если они содержатся в конкретном НПА. Шансов будет мало, но они могут быть.
🔹 В других случаях их просто не будет. В каждом конкретном случае решение надо принимать взвешенно, с учетом всего остального, о чем я рассказываю.
3️⃣ Современный суд – это вовсе не такое место, где судьи «должны восстановить справедливость». Так это не работает никогда и нигде. В лучшем случае (!) суд может восстановить законность. Законность и справедливость – далеко не всегда одно и то же.
Основная социальная задача судов – не столько обеспечивать торжество справедливости, сколько мирным путем разрешать споры, чтобы избежать острых и опасных прямых конфликтов между людьми и группами людей.
Разумеется, в теории такое разрешение споров должно быть справедливым. Чем менее справедливым оно будет, тем меньше у людей внутренних оснований доверять судам и по совести выполнять судебные решения. Тем чаще конфликты будут, несмотря на судебные решения, переходить в острую и опасную фазу, дестабилизируя общество.
На практике, однако, есть только два «метода» судебного выявления справедливости в разрешении спора. Один – это когда судья просто применяет к спору закон. Этот подход свойственен континентальной правовой системе – и российской, как ее части. Второй подход – свойственный «англо-саксонской» правовой семье – это «закон + личные убеждения судьи относительно справедливости».
Хочу подчеркнуть – оба подхода ведут к серьезным проблемам. Каждый – к своим. И эти проблемы всегда производны от состояния конкретного общества и его элит.
Суд – это не лекарство от проблем и болезней общества (и его элит, как его производной). Суд – он как печень. В здоровом обществе работает здоровым образом, в нездоровом – плохо и может усугублять болезни.
📌 В российской правовой системе задача суда – применить нормы закона в конкретном деле. Справедливость самого закона считается своего рода аксиомой (кроме редких и очень-очень трудных дел об оспаривании норм самого закона). Презюмируется, что справедливо такое решение, которое вынесено исходя из формального смысла писаной нормы права.
При этом – и это важно! – на практике суды смотрят преимущественно на нормы наиболее специальные, самого «нижнего» уровня. Научно-юридический подход им чужд. Они обычно попросту не учитывают общеправовые принципы, содержание тех же конституционных норм – для них оно слишком неконкретно.
Попытка судьи применять эти принципы и общие нормы в конкретном деле светит ему плохими карьерными последствиями. Такое применение сложно для уровня компетенции среднего судьи – а это означает высокий риск того, что вышестоящий суд с ним не согласится. Между тем, когда вышестоящий суд часто не соглашается с судьей и отменяет его решения, это плохо влияет на продвижение по судейской службе.
И это только одна из внутренних особенностей системы. Их много, и в совокупности они многое определяют без всякой продажности или «телефонного права», порождая своего рода «самоцензуру» в судейской среде.
О соотношении права и закона, справедливости и законности я как-нибудь напишу отдельно подробно, это важная и большая тема. Сейчас достаточно знать вот что:
4️⃣ В лучшем случае, суд будет исходить из формального содержания писаной нормы закона – в своем ее понимании. Практически без учета общих правовых принципов и общих декларативных норм, в том числе норм Конституции, которые будут казаться ему слишком неконкретными. С точки зрения суда на практике будет важна только конкретизация этого «неконкретного» законом, само «общее» можно более-менее игнорировать.
Это означает, к примеру, что решения губернаторов о куар-кодах и масочных режимах будут признаны законными с крайне большой вероятностью. Дело в том, что формально-правовая норма закона дает власти региона полномочия в режиме повышенной готовности к ЧС устанавливать (фактически) любые обязательные правила поведения для граждан и организаций.
И суд не будет интересовать, насколько это выглядит обоснованным с точки зрения разума или научных данных (а, тем более, представлений истца о них). Важно, что с формальной точки зрения закона такие полномочия существуют.
Яркий пример – прошлогоднее решение Конституционного Суда РФ (!) о пропускном режиме в Московской области. С моей точки зрения, это абсолютно негодное и политическое решение. Я считаю, Конституционный Суд не признал противоречащим Конституции очевидно противоречащее ей решение властей Московской области. Обоснования, которые он дал, я считаю негодными.
Но это решение есть, оно по закону является обязательным для правоприменителей и даже законодателей (!). Мы, конечно, можем и должны говорить о его противоречии принципам права, но на практике пока что это мало что изменит, это работа на перспективу.
📌 Поэтому в суде оспаривать есть смысл только то, что противоречит букве закона, причем когда нет явной возможности ее перетолковать в пользу соответствующих чиновников.
Важно также понимать и то, что – с той же формально-правовой точки зрения – является для суда доказательством, а что нет.
Разумеется, для суда не будут доказательством разные интернет-публикации на тему вреда масок, скажем. Или спорные мнения – типа мнения Штефана Ланка о том, что вирусов не существует и они не вызывают болезней. Причем доказательством это не будет вне зависимости от того, верно такое спорное мнение или нет. Оценивать достоверность научных гипотез суд не будет ... и не должен, не его это дело.
А это значит, что, в случае использования научной аргументации в суде, суд будет полагаться на то, что сочтет «общепризнанным» в данной области науки. То есть (чаще всего) то, с чем публично соглашаются (или согласятся в суде) больше специалистов высокого формального уровня.
Именно поэтому обречены иски, в которых в качестве доказательств предлагаются заключения экспертов, скажем, о вреде масок или о том, что ковид не слишком опасен.
Допустим, такое заключение подпишут два-три профильных специалиста уровня кандидата или доктора наук в соответствующем разделе медицины (не в любом! не любые врачи!).
В ответ госорган может представить, при желании, позиции десятка специалистов такого же формального уровня в свою пользу. И неважно, какая позиция будет научно верна. Важно, у какой будет больше формального «экспертного» веса. Надо ли объяснять, что от госоргана зависят карьера, условия работы, доходы многих десятков специалистов высокого формального уровня?
На чьей стороне окажется формальный перевес? При этом разбираться в научном содержании вопроса судья просто не обязан и не будет.
Не менее важно понимать и то, что часто людям кажется «очевидным» то, что совсем не очевидно с точки зрения формально-правовой (на которую будет опираться суд).
Скажем, обречены на неудачу разные иски на тему «эпидемии нет, а санврачи вводят прививки по эпидемическим показаниям». Дело в том, что введение прививок по эпидпоказаниям закон вовсе не обусловливает наличием эпидемии. Более того, они и делаются для предотвращения эпидемии (или ее развития), а не при ее наличии. То есть тут целых два недоразумения.
Примеров можно приводить много. Важно понять главное:
Люди, по какой-то причине, не верят, что плохое или несправедливое может быть вполне законным. А законное решение суда непременно, по их мнению, будет справедливым. Но это не всегда так.
Если мы говорим о формальной законности, она вовсе не тождественна истине и справедливости. Формально законными могут быть очень многие плохие и несправедливые вещи.
Формально законным было рабство. Формально законными в ряде стран сегодня являются гомосексуальные «браки». Формально законно в России (и много где еще) убийство детей абортами. В нацистской Германии формально законны были очень многие совершенно ужасные вещи. Думаю, этих примеров достаточно.
Разумеется, все это было несправедливо и, на самом деле, противоречило праву. Но не противоречило законам и, тем более, практике их применения в соответствующей юридической системе. О праве и законе, связи и различиях между ними, мы когда-нибудь обязательно поговорим отдельно.
5️⃣ Кроме того, суд - это весьма сложный юридический механизм. Правильно использовать его и добиться нужного результата – трудно, даже при идеальных судьях (которых почти не бывает).
Даже обычным топором легко покалечиться, используя его неправильно. Неправильно пользуясь сложным устройством, например станком, можно легко сделать совсем не то, что собираешься. Даже если останешься цел, для чего, кстати, тоже нужно следовать непростым правилам техники безопасности. С судами точно так же.
📌 Юристы знают – можно запросто проиграть суд даже если само дело, с учетом всех особенностей и реалий существующей правовой системы, позволяет его выиграть с 99% вероятностью (а больше не бывает).
Так обычно и происходит, когда люди, насмотревшись американских сериалов, идут в суд без квалифицированных юристов, пишут исковые документы своими словами.
Когда они вместо технически выверенных судебных доказательств по существу дела представляют пламенные речи о справедливости и рассказывают судам, скажем, о своих научных или философских взглядах.
Судебное дело об оспаривании действий или нормативных актов органов власти – это долгий и выматывающий, в том числе психологически, процесс.
Это огромный объем работы квалифицированного юриста до и в ходе судебных разбирательств с перспективой затягивания этой работы (попытки добиться пересмотра решения в апелляции и далее).
При этом, сделав что-то неправильно, можно запросто «зарубить» возможность оспорить плохое судебное решение в вышестоящих судах.
Квалифицированных юристов, на самом деле, мало. Желание и возможность вкладывать такой объем бесплатной работы имеют единицы. А для успеха такого дела, как правило, нужна работа не одного, а целой команды специалистов – и речь не только о написании искового заявления, речь о работе по каждому отдельному судебному процессу на местах.
Желательно участие в работе суда и самих истцов – заметьте – вместо работы, кормления детей и т.п. И все это – с неизвестным прогнозом, как правило, не блестящим (см. остальные пункты).
Даже с блестящим юристом (юристами) дело, увы, можно спокойно проиграть – причем даже если юристы работают идеально. А без всего этого вероятность победы в суде по таким делам, и без того малая, снижается еще сильнее.
Понимают ли это люди, жаждущие по всем поводам подать в суды иски? Готовы ли они на такие жертвы – деньгами, временем, психикой?
Все это надо осознавать до похода в суд, чтобы принять осознанное и продуманное решение. А не на эмоциях – с неоправданными ожиданиями.
6️⃣ При этом неправильное, плохое судебное решение (в отличие от результатов других действий в общественном и правовом поле) может сильно помешать изменению ситуации в правильную сторону или даже сделать такое изменение невозможным.
Слава Богу, в России нет прецедентного права, иначе все было бы еще хуже.
Хотя на практике есть некая карикатура на него – когда, скажем, прокуратура из одного региона не находит ничего незаконного в акте своего главного санврача, ссылаясь при этом на постановление суда другого региона, оценивавшего другой акт другого главного санврача... Но это все же явная безграмотность и злоупотребление.
Есть в нашем законодательстве, однако, принцип, согласно которому вступившее в силу судебное решение обязательно для всех, в том числе для последующих судов, в котором затрагиваются «установленные» в нем факты (это называется «преюдициальность судебного решения»).
В переводе на простой язык, это означает следующее:
✅ Если я обращусь в прокуратуру с жалобой на действия чиновников или на выпущенный ими нормативный акт, а прокуратура напишет мне пустую отписку и сочтет, что «все законно» - это, в общем и целом, ни на что не влияет.
Мнение прокуратуры не становится неоспоримым фактом. Я могу спокойно дальше заявлять, что чиновники действуют незаконно, отстаивать свою позицию, формировать общественное мнение... в общем, менять ситуацию. То же касается ответов самих чиновников, законодателей – да кого угодно.
✅ Но с судом не так. Если суд по моему обращению примет решение, в котором постановит, что чиновники действовали законно – это решение будет обязательным для всех государственных органов и последующих судов.
Чиновники радостно начнут размахивать этим решением, прокуратуры и другие органы обязаны будут исходить из того, что законность действий чиновников – «юридический факт». Суды – тоже.
Да, плохое решение суда можно оспорить в апелляционной инстанции. Но вероятность успешности этого хода – очень мала:
☑️ Во-первых, суды вообще не очень любят пересматривать решения нижестоящих судов, поскольку принято считать, что частый пересмотр судебных решений «подрывает стабильность судебной системы и доверие к ней».
☑️ Во-вторых, когда речь идет о споре граждан с государством, вероятность пересмотра дела в пользу граждан еще сильнее снижается. И чем выше орган власти, о котором идет речь – тем сильнее будет этот тренд.
Возьмем, к примеру, статистику Судебного департамента при ВС РФ за 2020 г. Из обжалованных по существу решений первой инстанции всего было отменено или изменено около 22%. Не так мало! Но возьмем теперь статистику по конкретным органам власти. Для обжалованных постановлений Правительства РФ таких пересмотренных в апелляции решений будет в 2020 всего ... чуть больше 0,02%. Для обжалованных нормативных актов федеральных органов исполнительной власти (типа Роспотребнадзора) – даже меньше 0,02%.
Можете сами предположить, в чью пользу эти решения были пересмотрены, и какой процент из этих пересмотров – в пользу граждан, а не госорганов. Думаю, картина примерно понятна.
И дело тут не в том, что "суды плохие" или "власть коррумпирована" - а в системных проблемах судопроизводства практически всех государств современного типа. Разница может быть, но она будет количественной, а не качественной.
от так примерно и обстоит дело.
Подвожу итоги:
📌 Все сказанное вовсе не значит, что в суды обращаться вообще не надо. Иногда надо – но понимая, что, почему и как делаешь.
📌 Наша задача – не выразить свое возмущение, не «заявить позицию» – а менять ситуацию к лучшему.
Только это и называется общественной работой и общественными усилиями, а не любые телодвижения.
📌 В каждой ситуации надо всегда смотреть на то, какие инструменты для чего подходят. Подходящие к конкретной цели и ситуации инструменты использовать, остальные – откладывать в сторону.
Если что-то не вполне понятно – обычно лучше подождать и разобраться, чем действовать поспешно и необдуманно.
📌 Действуем разумно и разборчиво. Если, конечно, хотим добиться изменений.
, уже не помню точно какая была, примерно какая-то такая - 
