Первый крупный поход эпохи Столетней войны возглавил Эдуард III в 1339 году. Он начался с неудачной попытки взять Камбре на севере Франции: проблемы со снабжением войска и упорное сопротивление горожан вынудили англичан снять осаду спустя три недели после ее начала. Выбрав другую стратегию, они устроили шевоше по всей территории, уничтожив, по приблизительным подсчетам, до двухсот деревень и городов. Эдуард стремился принудить французов к генеральному сражению, но Филипп VI Французский отказался «поднять брошенную перчатку». Вместо этого его войска всячески мешали снабжению войск Эдуарда, одновременно опустошая собственные владения путем спланированной тактики выжженной земли. По словам ведущего историка Эдуардовской эпохи, «поход попросту ни к чему не привел. Филипп получил серьезный удар по собственной репутации, но Эдуард понес огромные расходы, не достигнув каких-либо конкретных целей».

Далее

Походы, особенно небольшие, принимали, скорее, характер набегов, а не военных экспедиций. И все же, как показывают шевоше Черного Принца, набеги и походы зачастую мало чем отличались друг от друга; редкий поход не заканчивался широкомасштабным опустошением территории. Летописи современников пестрят утверждениями о том, что успешное ведение войны неразрывно связано с разорением. В конце XII века Жордан Фантосм пишет в своей хронике о том, как опытный воин, граф Филипп, советует королю Людовику VII Французскому, чтобы его союзник, король Вильгельм I Шотландский вторгся в Англию: «Пусть он разобьет твоего врага и разорит его земли: пусть все погибнет в огне и пламени! Пусть не оставляет их снаружи своих замков, в лесах или на лугах, поскольку это даст им пищу на завтра. Пусть соберет своих людей и осадит его замки… Вот как нужно воевать с ними, согласно моим представлениям: сначала опустошить их земли, а потом сокрушить их самих».

Как поясняет Фантосм в своей хронике, именно так граф Филипп вел собственные войны, причем с большим успехом. В военном трактате, написанном Пьером Дюбуа в 1300 году («Доктрина об успешных походах и коротких войнах»), проповедовался полный отказ от осад и сражений; вместо этого рекомендовалось придерживаться тактики непрерывного разорения территории.

Последствия таких действий для сельского населения могли оказаться весьма пагубными, особенно, как свидетельствуют очевидцы эпохи, это относилось к походам и разорению земель во время Столетней войны. В начале XV века Томас Бейсин писал: «От Луары до Сены крестьян убивают либо обращают в паническое бегство. Мы и сами видели огромные пустые равнины, покинутые всеми, невозделанные, брошенные, заросшие кустарником и ежевикой».

Такие примеры наблюдаются в период, когда англичане реализуют тактику выжженной земли против своего возрождающегося врага. И все описанные сцены неоднократно повторялись на всем протяжении Средневековья и отражены в хрониках с поразительным сходством, поскольку разорение и грабежи являлись неотъемлемым атрибутом любой войны. Более чем за два столетия до этого в «Лотарингских песнях» ярко описаны вторжение вражеского войска и печальная судьба мирного населения:

Они выступили в поход. Сначала идут разведчики и поджигатели; за ними — фуражиры, которые собирают добычу и складывают в большие повозки. Начинается суматоха. Крестьяне, едва выйдя в поля, поворачивают обратно, издавая громкие крики. Пастухи собирают стада и гонят их в соседние леса в надежде спасти. Солдаты поджигают деревни, а фуражиры заходят в них и грабят; перепуганных жителей убивают, сжигают либо связывают, чтобы впоследствии потребовать выкуп. Повсюду звенят набатные колокола, повсюду царит страх. Везде можно видеть сверкающие шлемы, вымпелы, равнина заполняется всадниками. Здесь прибираются к рукам деньги. Крупный рогатый скот, ослы и овцы угоняются прочь. Клубится дым, бушует пламя, крестьяне и пастухи разбегаются в панике по всем направлениям.

Ассоциация вражеского войска с подобным безудержным разрушением помогла навсегда сохранить точку зрения Чарльза Омана о том, что «средневековая стратегия — более высокая ветвь военного искусства — была абсолютно несостоятельной». Армия вторжения двигалась внутрь неприятельской территории не с целью завладеть каким-то стратегическим пунктом, а с тем чтобы просто жечь и грабить. И все-таки вышеприведенные главы и абзацы дают представление о военной логике на фоне этих разорений, которая опровергает слишком упрощенный образ непрофессиональных армий, составленных из разрозненных кучек грабителей и мародеров, которые бесцельно бродят по той или иной территории. Когда дым рассеивается, причины, стоящие за пламенем пожарищ и награбленным добром, заявляют сами о себе.
https://history.wikireading.ru/68734

В 1237 году армия, посланная монгольским императором, вторглась в Северо-восточную Россию, На земли русского мира обрушились невиданное до селе бедствие и колоссальный по своим масштабам погром. Русские князья, вечно враждовавшие с друг другом, осознав свою беспомощность перед неведомым врагом пытались с ним еще и договориться, а если быть точнее, откупиться, как это делалось с прочими кочевниками, находившими на Русь. Но эти ожидания не только не оправдались, но и притупили бдительность русских князей, надеявшихся на магическую силу золота. А это, повлекло за собой потерю времени для организации обороны и мобилизации своих сил. К тому же они надеялись на то, что в этот год опасность минует Русь, накануне зимы степняки обычно в походы не ходили.

Но сокрушительное поражение объединённых военных сил русских княжеств на реке Воронеж, под Коломной, а в последующем и разрушение их основных центров привели к полной катастрофе общерусской обороны. В следствии чего, исчезла потенциальная возможность противостоять врагу. Хотя упорное сопротивление рязанцев и владимирцев, произвело большое впечатление на Бату хана и Субэдэя.

Взятие Владимира стало переломным событием в ходе этой кровопролитной войне. Организованное сопротивление русских войск было окончательно подавлено. Вся громадная территория Владимиро-Суздальского княжества оказалась без какой либо защиты, так как большая часть воинов пала в ожесточённых сражениях с монголами, а другая, меньшая часть ушла с князем Юрием на север, на берега реки Сить. Для Суздальской земли наступили тяжёлые времена, поскольку дикий разгул степняков остановить теперь было некому. Монголы начали громить города и многочисленные селения Владимиро-Суздальской земли, продвигаясь по основным речным и торговым путям. Даже в сдавшихся монголам городах, как Колодяжин, население вырезали поголовно. Недоумение, ужас, страх и трепет охватил всех жителей Северо-Восточной Руси.

Современные археологи проводя раскопы на местах нахождение «Волжских городов» обнаружили массовые захоронения времён Монгольского нашествия. Трупы беспорядочно сваливались в котлованы от разрушенных строений, хозяйственные ямы в виде погребов и подклетов, колодцы. На многих костяках были найдены следы рубленых, колотых и других ран. В составе погребенных наблюдается нарушение половозрастной структуры. Отмечается решительное преобладание женских и детских костяков при полном отсутствии мужских в возрасте от 15—18 лет до 30—35 лет. Среди погребенных выявлены многочисленные семейные группы. Открытия археологов позволили частично восстановить истинные масштабы и крайнюю жестокость монгольского погрома.

Подавляющее большинство десятков городов и селений уничтоженных монголами в 1237–1238 году, как на Рязанщине, так и южной части Владимиро-Суздальского княжества, историкам и археологам до сих пор идентифицировать не удается. Города эти так и остаются безымянными. Объединяют их лишь следы пожара, братские могилы без гробов, а то и просто хаотически лежащие останки людей со следами насильственной смерти, детей и взрослых, спрятавшихся в подполах, печках и иных укрытиях и нашедших там свою смерть.

Далее

На проведённом в ставке Батыя совещание было принято решение о проведение операции разработанной Субэдэем, в феврале 1238 года. Она в первую очередь была направлена на разгром русских городов, как центров сопротивления, а также на уничтожение остатков владимирских войск, которые собирал бежавший за Волгу великий князь Юрий Всеволодович. Кроме того монгольская армия должна была отрезать великокняжеский стан от Южной Руси и Новгорода, откуда можно было ожидать подкреплений.

Монгольские войска не имея перед собой реальной военной силы русских, разделившись на отдельные отряды, должны были пойти облавой и всякий город, область и крепость, которые им встретятся на пути, брать и разрушать. Тем самым тотально опустошая все земли Владимиро-Суздальского княжества до Галича Меряжского и Торжка, подавляя основные очаги сопротивления до наступления распутицы, Так как излюбленной тактикой монголов была облава, когда отдельные отряды сплошным неводом прочёсывали огромные территорию, подавляя очаги сопротивления, захватывая города, укрепления, незащищённые сёла, всюду грабя, убивая, насилуя.

Хотя основной целью стоявшей перед Батыем и Субэдэем после одержанных над русскими побед было уничтожение великого князя Владимиро-Суздальского княжества, и его вновь собираемую армию. Однако направление главного удара было выбрано не на север в бесплодной погоне за князем Юрием Всеволодовичем, а на Торжёк и Новгород. Чтобы князь Юрий не смог получить помощи из богатого и могущественного Новгорода, где правил его племянник Александр Ярославич, было принято решение осадить Торжок. К тому же зимой в населённых пунктах происходила естественная концентрация населения, продовольствия и фуража. Кроме того, зимой по следам на снегу легко преследовать и находить скрывающихся в лесах местных жителей. Здесь наступали основные силы монгольской армии под командованием Бату-хана и Субэдэя. Но вместе с тем удары их многочисленных отрядов так же были направлен и в сторону других городов Владимиро-Суздальской княжества и других сопредельных княжеств.

Ещё многочисленные монгольские тумены пошли вперед отдельными самостоятельными отрядами. Они раздвигались в ширину, чтобы не мешать друг другу при грабеже городов и сел. Как на облавной охоте, монголы старались охватить петлей русские земли и загнать население в середину, чтобы там прикончить всех, кроме отборных мастеров, нужных для выделки кожи, оружия и шитья одежды. Монгольские воины рыскали по всем посадам и погостам, обшаривали каждую избушку и дом.

После взятия Владимира, по разработанному плану великого Субэдэя, армия монголов должна была разделится на три части. Движение своё они начали  от разрушенного и сожённого Владимира в трёх направлениях. Первая и наиболее крупная часть под командованием хана Бату должна было идти от Владимира на северо-запад к Ростову, в дальнейшем, через непролазные леса водораздела Клязьмы и Волги до Юрьева-Польского. Вместе с войском Батыя двигалось от 11 до 12 тысяч булгарских войск под началом эмира Гази Бараджа, а так же большое число половцев. В Ростове от основной группировке хана Бату отделялся отряд Бурундая. На него Бату ханом была  возложена почетная миссия по преследованию и уничтожению владимирского князя Юрия.

Далее войско должны были вновь разделится, одна часть должна была идти ровно на северо-запад, на Переславль-Залеский, затем двигаться до Кснятина, и Кашина. После чего повернув на запад, по льду Волги, двигаются к Твери и далее на Торжок. Другая часть должна была от Юрьева -Польского продвигаться на Дмитров, Волок-Ламский и далее на Тверь и Торжок. Таким образом, главные силы Бату хана за 15 дней должны были преодолеть, минимум, 500-550 километров по глухим лесам, охватывая Залесские территории с левого фланга.

Второй корпус монгольской армии под командованием Кадана и Бури, должна была идти по глухим лесам водораздела Волги, Оки и Клязьмы от Владимира на Стародуб, Городец и далее по льду Волги на Галич Мерский и Кострому. Они были должны в первых числах марта выйти к Костроме, пройдя за три недели с небольшим до 1000-1100 километров, по заснеженной территории и непролазным лесам. На своём пути монголы должны  были уничтожить все русские города и селения расположенные на Волге.

А третий корпус под командованием Бурундая в составе четырёх туменов, отделившегося в Ростове от основной армии, получил от хана Батыя приказ найти и уничтожить князя Владимирского Юрия и его формируемую армию. В совокупности отряды Бурундая и Менгу-хана должны были пройти около 470 километров за 25 дней, двигаясь к городам Ростов, Углич, Ярославль и Кострому.

На поволжские города, основная масса защитников которых ушли со своими князьями Константиновичами к Юрию нареку Сить, обрушились силы двух туменов во главе с чингизидами Каданом и Бури. Стоявшие на Волге русские города были рассчитаны на защиту не от хорошо вооружённой армии, а на то, чтобы хранить награбленную добычу и не представляли из себя мощных оборонительных центров. Тем более, что оборонять залесье князь Юрий бросивший свою семью, свою дружину, а так же столицу не собирался, так как это была только довольно богатая колония, когда то отвоёванная Юрием Боголюбским у Волжских Булгар. Непроходимые леса где обитали финно-угорские племена можно было грабить но умирать за них русским, по его мнению, было нельзя. Сам князь Юрий планировал отсидеться за Волгой, постепенно собирая вновь армию, а затем когда монголы уйдут вновь в степи, занять разрушенные степняками свои владения.

Монгольских войск, двинувшиеся из Владимира в восточном направлении, достигли города Стародуба, который был «взят копьём». Однако ещё до прихода захватчиков стародубский князь Иван предусмотрительно отправил за Волгу свою семью, драгоценности и мирных жителей. Оставшиеся в городе дружинники после ожесточённого боя были уничтожены. Участи Стародуба не избежали и другие приволжские города.

Взяв Стародуб покинутый и князем и жителями, при этом город не был разрушен, монголы направились на волжский торговый город Городец. Один из древнейших русских городов на Средней Волге, возникший во второй половине XII века как крепость для защиты рубежей Владимирской Руси. Это был настоящий форпост перед лесным краем, заселенным мари, мордвой, булгарами.

Вскоре первые разъезды татар появились уже в окрестностях Городца. После упорного сопротивления жителей и воинов гарнизона город был взят и основательно разграблен, а в последствие сожжён степняками, его жители были почти все истреблены. В первую очередь убивали старых, больных, ни на что не годных. Молодых, способных к работам уводили с собой, они предназначались в первую очередь для обслуживания завоевателей, либо в качестве живого щита или тарана на время последующих битв.

Дальнейшее продвижение осуществлялось по льду реки Волги, где на высоком берегу её притока, реки Сулы, возвышался русский город Кострома. Ещё в 1152 года, ростово-суздальский князь Юрий Долгорукий, укрепляя северную границу своих владений, заложил при слиянии рек Костромы и Волги пограничный город крепость, получивший имя Кострома. Это был край дремучих лесов и болот. Проживавшее в округе население уходили в непролазные вековые леса, а продовольствие и фураж был попрятан. Попытка проникнуть в непролазные чащобы костромских лесов, где снега выше пояса, где всаднику грозила смерть из-за каждой ели, обходилась монголам сотнями жизней. В феврале 1238 года Кострома была сожжена подошедшими сюда монгольскими войсками войсками разорившими все волжские города и селения. Часть войск монголов по приказу Кидана и Бури была направлена к городу Галич Мерьскому основанному в 1159 году во время правления князя Юрия Долгорукого.

Летучие отряды монгольской конницы проникали всюду, а некоторые её части достигли  даже Вологды. От Костромы монгольский корпус под командованием Бури и Кадана пошли на соединение с третьим отрядом под командованием Бурундая на запад, прямиком до Углича. Передвигались, кочевники по льду рек .

Мелкие татарские отряды были разосланы Бату-ханом для тотального разорения великого княжества Владимирского. Лавина всадников на своих маленьких лошадках наполняла населённые пункты суматохой, ржанием коней, хриплыми криками и острым запахом неведомого, страшного народа. Монголы, как демоны смерти носились по многочисленным русским деревням и малым городкам, били всех кривыми саблями наотмашь, кто попадался на пути, и ловили арканами убегавших женщин. Они рыскали по улицам, тащили охапки сена, сдирали солому с крыш, так как всё годилось на корм их диких, неприхотливых коней. Повсюду над избами вились дымы и горели ярким пламенем пожарищ, казалось, что вся русская земля покрылась непроницаемой мглой.

https://cont.ws/@dinol/709555